Психолог Крюков объяснил, как оценка за поведение может помочь школьнику

По данным ТАСС, с 2026/27 учебного года Минпросвещения запускает апробацию в десяти школах каждого региона: дисциплина, общение с одноклассниками, ответственность, учебная активность и участие в школьной жизни будут оцениваться по трёхуровневой шкале — «образцовое», «допустимое», «недопустимое». Клинический психолог Новосибирского научно-методического центра Института детства НГПУ Денис Крюков в разговоре с агентством подчеркнул: решит всё не формулировка, а то, как её начнут применять конкретные учителя.

Почему «неуд» по поведению — не про воспитание

Крюков прямо говорит: трудное поведение почти всегда имеет причину, и она редко лежит на поверхности. За опозданиями, конфликтами и отказом работать в группе могут стоять тревога, недосып, развод родителей, страх не справиться с заданием или особенности развития. Ребёнок с дефицитом внимания физически не может сидеть неподвижно весь урок, школьник с расстройством аутистического спектра с трудом считывает негласные нормы общения, а первоклассник, переживший потерю близкого, выдаёт раздражение вместо «здравствуйте».

Для учителя английского это не абстракция, а ежедневная рутина. Тот самый молчун, который у доски краснеет и не может выдавить "My name is…", вовсе не ленится — он боится ошибки. Оценивать его поведение за то, что он не тянет руку, всё равно что ставить двойку по физкультуре за перелом ноги. Эксперт предупреждает: если такому ученику регулярно выставлять низкую отметку без учёта обстоятельств, ярлык «недисциплинированный» быстро становится частью самоидентификации. Потом уже ни один репетитор не вытащит.

Что делать родителю и педагогу до приказа

Шкала — штука новая, школы её ещё не получили, но готовиться стоит заранее. Практический минимум от человека, который видел не один такой «пилот» изнутри:

Завести домашний блокнот поведения — не дневник, а простую тетрадку, куда ребёнок записывает три вещи за день: что получилось, что не вышло, что хотел бы исправить. Привычка фиксировать своё поведение до того, как его начнут оценивать снаружи, снимает тревогу: ребёнок перестаёт читать оценку как приговор и начинает видеть её как обратную связь.

Договориться с учителем о кодовой фразе. Если на уроке английского ученик чувствует, что «не тянет» (новая лексика, ступор, паника от ошибки), он поднимает руку и произносит условный сигнал. Педагог даёт 30 секунд переключиться или предлагает альтернативное задание — и это автоматически исключает ситуацию, когда «отказ работать» превращается в строчку «недопустимое поведение».

Не путать социальные навыки с послушанием. Крюков прав: умение договориться, признать ошибку и помириться после ссоры по значимости не уступает грамматике. Но эти навыки тренируются не на линейке и не в журнале, а в конкретных ситуациях — в паре на уроке, в групповом проекте, в ролевой игре. Если школа начнёт оценивать «взаимодействие с одноклассниками», у языковых классов появляется редкий шанс: устная часть и проектная работа — именно тот формат, где социальные навыки видны как на ладони.

Чего ждать от апробации

Десять школ на регион — это статистически ничто, но это полигон, на котором обкатают формулировки. Ключевой вопрос не в том, какие слова напишут в приказе, а в том, найдётся ли в каждой пилотной школе психолог, способный отличить тревогу от хулиганства. По данным ТАСС, Минпросвещения уже выбрало трёхуровневую шкалу по итогам предыдущей апробации; следующий шаг — посмотреть, хватит ли региону кадров и времени, чтобы низкая оценка запускала не «разбор полётов», а систему помощи.

Пока этого не произошло — работает старое школьное правило: любую новую отметку встречай блокнотом и разговором с ребёнком, а не паникой в родительском чате.